Второй Светлогорск: лестница, башня и сфинксы

Ты наверху центральной лестницы Светлогорска. Отсюда открывается вид на море.

Найди глазами у подножия лестницы солнечные часы «Зодиак». Их сделал Фролов — о них мы рассказывали в первой прогулке. Фамилию запомни: сегодня она нам ещё встретится.

Лестницу достроили в тысяча девятьсот семьдесят третьем году. В ней двести шестьдесят пять ступенек, а высота подъёма — тридцать шесть метров! Вниз — одно удовольствие. Обратно — считай ступеньки, это отвлекает.

В курортный сезон лестница работает концертной площадкой под открытым небом.

К востоку от солнечных часов тянется «новый» променад — его открыли в две тысячи девятнадцатом году.

Спускайся. Внизу — променад и его история.

Ты на променаде — прогулочной дорожке вдоль моря. Гуляют здесь давно.

По распоряжению Фридриха Вильгельма Четвёртого в Раушене оборудовали спуски к морю и укрепили набережную.

К тысяча девятьсот восьмому году здесь построили деревянный променад на сваях. Представь: дощатая дорожка, поднятая на сваи. К променаду вели спуски-серпантины.

А в две тысячи девятнадцатом году открыли новый участок променада. Так что у набережной есть и старая история, и совсем свежая глава!

Дальше пойдём наверх — по одному из спусков, по «Серпантину».

Перед тобой «Серпантин» — извилистый спуск с города к морскому променаду. Внизу он выходит на променад у бронзовой «Нимфы» Брахерта. О ней — в первой прогулке.

Найди глазами «Нимфу» у нижнего конца спуска. Нашёл? Значит, ты в правильном месте.

Построили спуск в тысяча девятьсот тридцатых годах. По-немецки его называли Шлэнгельвег. Произнеси вслух — само слово петляет, как эта дорожка.

Наверху спуск начинается у здания бывшего Курхауса на Октябрьской, тридцать шесть.

Иди не спеша: торопиться на серпантине — только запыхаться. Наверху нас ждёт пара, которая летит прямо по стене...

Посмотри на стену клуба Светлогорского военного санатория. На ней — «Морская симфония»: мужчина и женщина, застывшие в полёте.

Композицию создал Николай Павлович Фролов в тысяча девятьсот восемьдесят третьем году. Да-да, тот самый Фролов, фамилию которого ты запомнил на лестнице.

Материалы — красная медь, сталь и цинк. Три металла и двое людей в полёте — вот тебе и симфония. Нот здесь нет, а мелодию каждый дослушивает сам. Название обещает море и музыку — а в металле осталось движение, будто его поймали на лету.

Дальше — дом, где звучит настоящая музыка: органный зал.

Перед тобой Органный зал Макаровых. У этого здания жизнь из сплошных превращений.

Построили его в тысяча девятьсот тридцать первом году как католическую капеллу. Из брёвен разобранного вокзала. Вот и первое превращение: из вокзала — в капеллу.

Капелла называлась «Дева Мария — звезда моря», по-немецки — «Мария — Зеештерн». Возвёл её священник Штоф.

Потом были руины... До тысяча девятьсот девяносто четвёртого года здание стояло разрушенным, спрятанным в зелени старинного парка.

В девяносто четвёртом руины купила компания «Макаров». Композитор Макаров вместе с литовской фирмой восстановил здание за свой счёт.

Орган для зала сделала немецкая фирма «Хуго Майер Оргельбау». А само здание теперь — объект культурного наследия регионального значения.

Запомни слово «Зеештерн» — «звезда моря». Оно нам ещё встретится. А пока — к башне!

Видишь башню? Это водонапорная башня Раушена, высотой двадцать пять метров. Стиль — немецкий романтизм: кажется, она сбежала из рыцарского замка.

Найди глазами её шлемовидную крышу. Под ней есть смотровая площадка.

Башню достроили в тысяча девятьсот восьмом году. А всё здание водогрязелечебницы с башней возводили с тысяча девятисотого по тысяча девятьсот восьмой год по проекту Отто-вальтера Куккука. Но строили её не для красоты. Башня снабжала Раушен водой из источников у Мельничного пруда — нынешнего озера Тихое. С него, кстати, начиналась первая прогулка.

А в здешней водогрязелечебнице принимали тёплые морские и углекислые ванны, делали массаж. Лечили грязью, электричеством и даже светом. Лечение светом — звучит почти как волшебство!

В тысяча девятьсот семьдесят восьмом году башню украсили солнечные часы. Их автор — Фролов. Да, снова он!

Сейчас комплекс принадлежит военному санаторию, а башня — объект наследия регионального значения. Доступ на смотровую площадку лучше уточнять заранее.

Дальше — бывший отель, название которого ты уже слышал.

Помнишь слово «Зеештерн» из капеллы? Вот оно снова! Перед тобой бывший отель «Зеештерн». Его построили в первые годы двадцатого века на Прогулочной улице Раушена.

Главная фишка отеля — окна. Огромные, они выходили на молодой тогда Лиственничный парк. Гости слушали живую музыку, а окна служили им «театральным балконом»: и ложа, и вид.

Справа к основному зданию пристроили большой обеденный зал. Там не только обедали. Там устраивали игры, музыкальные представления и маскарады. Обед, музыка и маски — в одном зале!

В Лиственничном парке мы были в первой прогулке. А теперь — к его входу, где стоят два сфинкса.

Ты у входа в Лиственничный парк со стороны Октябрьской улицы. Найди глазами двух сфинксов: они стоят по сторонам центральной дорожки, как охрана.

У этих сфинксов был долгий путь. Впервые их поставили в тысяча девятьсот шестом году у отеля «Дюна» — на нынешней улице Ленина. А на историческое место у парка их вернули в тысяча девятьсот девяносто первом году.

А теперь главная деталь. В сентябре две тысячи двадцать второго года оригиналы передали в областной музей изобразительных искусств. А на постаментах теперь стоят мраморные копии, сделанные в Италии. Так что настоящие сфинксы сейчас отдыхают в музее, а у парка дежурят их мраморные двойники.

У сфинксов статус выявленного объекта культурного наследия.

Следующий дом начинал жизнь с «лесным» именем. Идём к нему!

Перед тобой здание бывшего отеля. В тысяча девятьсот десятом году оно впервые упоминается как летний отель «Вальдесранд». В переводе — «Опушка леса».

Летний отель — значит, только на сезон. Но в тысяча девятьсот двадцать пятом году у отеля появился новый владелец, Вилли Хартманн. Он сделал отель круглогодичным и открыл при нём ресторан. Теперь отель принимал гостей и зимой.

У отеля были свои поклонники. Среди них — бургомистр Раушена Вальтер Норгалл. Когда отель нравится самому бургомистру, это лучше любой рекламы.

После войны здание вошло в санаторий Министерства здравоохранения РСФСР. Так курортный отель стал частью санатория.

Последняя остановка — рыбак, который давно живёт на стене дома. И там нас снова ждёт знакомая фамилия.

Посмотри на стену жилого дома начала двадцатого века. Его украшает пристенная скульптура «Рыбак Раушена».

Найди глазами рыбака на стене. Вот он — образ рыбака из старого Раушена.

Автор рыбака неизвестен... Известно только, что это был немецкий скульптор и работал он до войны. По описанию туристического центра, скульптура отражает жизнь и традиции старого Раушена.

А вот кто вернул рыбака к жизни, мы знаем точно. В тысяча девятьсот девяносто четвёртом году скульптуру отреставрировал светлогорский монументалист Фролов. Да, снова он! Ты встречал его фамилию сегодня у лестницы, у «Морской симфонии» и на башне. У Светлогорска есть свой мастер — и теперь ты его знаешь!

На этом вторая прогулка заканчивается.